Алексанин Сергей Сергеевич – доктор медицинских наук профессор, гл. врач МЧС России, директор.
194044, Санкт-Петербург, ул. Акад. Лебедева, д. 4/2
Sergei Sergeevich Aleksanin – Dr. Med. Sci. Prof., Chief Physician of the EMERCOM of Russia, Director, Nikiforov Russian Center of Emergency and Radiation Medicine, EMERCOM of Russia
4/2 Academica Lebedeva Str., St.Petersburg 194044
Бобринев Евгений Васильевич – кандидат биологических наук, ведущий научный сотрудник.
143903, Московская обл., Балашиха, мкр. ВНИИПО, д. 12
Evgeny Vasil’yevich Bobrinev – PhD Biol. Sci., Leading Researcher, All-Russian Research Institute for Fire Protection, EMERCOM of Russia
12 District VNIIPO, Balashikha, Moscow region, 143903
Евдокимов Владимир Иванович – доктор медицинских наук профессор, кафедра безопасности жизнедеятельности, экстрем. и радиац. медицины.
194044, Санкт-Петербург, ул. Акад. Лебедева, д. 4/2
Vladimir Ivanovich Evdokimov – Dr. Med. Sci. Prof., Nikiforov Russian Center of Emergency and Radiation Medicine of EMERCOM.
4/2 Academician Lebedev Str., St. Petersburg, 194044
Кондашов Андрей Александрович – кандидат физико-математических наук, ведущий научный сотрудник.
143903, Московская обл., Балашиха, мкр. ВНИИПО, д. 12
Ai Aleksandrovich Kondashov – PhD phys.-mathemat. Sci., Leading Researcher, All-Russian Research Institute for Fire Protection, EMERCOM.
12 District VNIIPO, Balashikha, Moscow region, 143903 her, All-Russian Research Institute for Fire Protection, EMERCOM.
Сибирко Виталий Иванович – начальник сектора отдела пожарной статистики.
Vitaly Ivanovich Sibirko – Chief of Sector, All-Russian Research Institute for Fire Protection, EMERCOM of Russia
12, District VNIIPO, Balashikha, Moscow Region 143903
Харин Владимир Владимирович – начальник отдела.
143903, Московская обл., Балашиха, мкр. ВНИИПО, д. 12
Vladimir Vladimirovich Kharin – Head of Department, All-Russian Research Institute for Fire Protection, EMERCOM of Russia
12 District VNIIPO, Balashikha, Moscow region, 143903
Актуальность. Считается, что профессия пожарных относится к экстремальной, в которой отмечаются высокие риски расстройств здоровья, травматизма и даже смерти. Цель – провести анализ профессионального травматизма и гибели от травм сотрудников Государственной противопожарной службы (ГПС) России (1996–2004 г) и Федеральной противопожарной службы МЧС России (2005–2015 г) за 20 лет и сравнить эти данные с показателями у работников России.
Методика. Собрали сведения о профессиональных травмах и смертности сотрудников и оперативного персонала ГПС России. Ежегодное количество обследованных пожарных, имеющих специальные воинские звания (офицер, прапорщик, сержант, рядовой), было (108,8 ± 6,2) тыс. человек, что составляло не менее 80 % от числа личного состава ГПС России. Уровни производственного травматизма, гибели от производственных травм работников России, общей смертности и смертности по XIX классу Международной статистической классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем, 10-го пересмотра (МКБ-10) – мужчин трудоспособного возраста России получили из официального сайта Федеральной службы по статистике. Для распределения пожаров в России по временным периодам использовали базу данных «ФБД ‘’Пожары’’». Динамику показателей нарушений здоровья пожарных и распределения пожаров оценивали по методу анализа динамических рядов, для чего использовали полиномиальный тренд 2-го порядка.
Результаты и их анализ. Среднегодовой уровень профессионального травматизма за 20 лет (1996– 2015 г) у сотрудников ГПС России составил (3,840 ± 0,406) ‰, у оперативного состава за 1999–2015 г – (5,295 ± 0,644) ‰. У работников России уровень производственного травматизма в указанные периоды был (3,410 ± 0,351) и (3,000 ± 0,318) ‰ соответственно. По сравнению с уровнем травматизма у оперативного состава различия статистически достоверные (p < 0,05). Установлена положительная статистически значимая взаимосвязь количества травм и выездов с боевой работой (r = 0,51; p < 0,05), количества травм и уровня травматизма у сотрудников ГПС России со сложностью выполнения задач пожаротушения по количеству применения средств индивидуальной защиты органов дыхания (r = 0,53 и r = 0,46 соответственно при p < 0,05). Выявлена цикличность рисков возникновения травматизма у оперативного персонала ГПС России в зависимости от часов суток, дней недели и месяцев года, обусловленная характером боевой работы и другими профессиональными факторами. Данный феномен требует дополнительного исследования. Уровень смертности сотрудников ГПС России в 1996–2015 г был (1,170 ± 0,055) ‰, в том числе по причине травм XIX класса по МКБ-10 – (0,531 ± 0,031) ‰ и гибели от профессиональных травм – (0,128 ± 0,011) ‰. Уровень гибели от производственных травм у работников России оказался меньше, чем у пожарных на уровне тенденций – (0,116 ± 0,007) ‰. Отмечаются снижения профессионального травматизма и гибели от профессиональных травм в ГПС России и работников России.
Заключение. В целом у сотрудников и оперативного персонала ГПС России выявлен уровень профессионального травматизма и смертности от профессиональных травм, сопоставимый с уровнем у работников России, что, с одной стороны, указывает на действенные организационные и технологические мероприятия по профилактике профессиональных травм и гибели пожарных, а с другой – на высокий производственный травматизм у работников России.
Relevance. Profession of firefighters is considered to refer to extreme activities, which have high risks of health disorders, injuries and even death.
Intention – to analyze occupational traumatism and deaths from injuries in Russian State Fire Service (SFS) (1996–2004) and the Federal Fire Service of EMERCOM of Russia (2005–2015) employees for 20 years and to compare these data with the indicators of Russian workers.
Methods. Information on occupational traumas and deaths of employees and response personnel of Russian SFS was gathered. The annual number of examined firefighters of special military ranks (officer, warrant officer, sergeant, common soldier) was (108.8 ± 6.2) thousand people, which was not less than 80 % of personnel of Russian SFS. The levels of occupational injuries, deaths from occupational injuries of Russian workers, mortality in the XIX Chapter of the International Statistical Classification of Diseases and Health Problems, 10th edition (ICD-10) of men of working age in Russia were received from the official website of the Federal Agency for Statistics. Database «FDB «Fires» was used for the distribution of fires in Russia over time periods. The dynamics of indicators of health disorders of firefighters and of fire distribution was evaluated by the method of time series analysis, which used a polynomial trend of the 2nd order.
Results and Discussion. The average annual level of occupational traumatism in 20 years (1996–2015) in Russian SFS staff amounted to (3.795 ± 0.390)‰, in response staff for 1999–2015 – (5.295 ± 0.644)‰. The level of occupational traumatism among Russian workers during these periods was (3.410 ± 0.351) and (3.000 ± 0.318)‰ respectively, which is significantly less than that of the response personnel (p < 0.05). A positive statistically significant relationship between the number of injuries and combat performances (r = 0.51; p < 0.05), the number of injuries and accident rate in the staff of Russian SFS with the complexity of fire-fighting tasks and number of use of personal respiratory protection (r = 0.53 and r = 0.46, respectively, p < 0.05). The cyclical nature of risks of traumatism in response staff of Russian SFS, depending on hours of the day, days of the week and months of the year, due to the nature of combat performance and other professional factors was found. This phenomenon requires additional research. The mortality rate of SFS staff from occupational injuries in 1996–2015 was (0.125 ± 0.011)‰, response personnel – (0.149 ± 0.014)‰. The mortality rate of Russian workers was statistically significantly less (0.116 ± 0.007)‰ compared to the response personnel (p < 0.05). There are decreases in occupational traumatism and deaths from occupational injuries in SFS staff and Russian workers.
Conclusion. In general, level of occupational traumatism and mortality from occupational injuries in employees and response personnel of the Russian SFS can be comparable with level revealed among the Russian workers. It indicates, on the one hand, the effective organizational and technological measures for the prevention of occupational injuries and the death of firefighters, and, on the other hand, high level of occupational traumatism of the Russian workers.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.