канд. мед. наук, докторант
PhD Med. Sci., doctoral student
д-р мед. наук проф.
Dr. Med. Sci. Prof.
д-р мед. наук доц.
Dr. Med. Sci. Associate Prof.
В настоящее время особую значимость приобретают мероприятия по профилактике и реабилитации лиц, пострадавших в чрезвычайных ситуациях, в том числе в террористических актах. Высокий уровень террористической угрозы относится к стрессорам, связанным с витальной угрозой, характеризуется широким спектром нервно-эмоциональных, физиологических и клинических изменений, сохраняющихся на протяжении многих лет и десятилетий. Цель – определить взаимосвязи личностных характеристик с развитием нарушений фертильных функций у женщин, проживавших в районах Республики Дагестан, подвергавшихся террористической угрозе во время оккупации боевиками в сентябре 1999 г. Обследовали 125 женщин фертильного возраста из различных районов Республики Дагестан во время обращений в женские консультации, из них 66 женщин пережили психическую травму, связанную с террористической угрозой во время оккупации боевиками в сентябре 1999 г. Выявили показатели психологического статуса, характерные для женщин, переживших психологическую травму в связи с высоким риском террористической угрозы. Установлены наиболее значимые личностные особенности этих женщин, определяющиеся низким уровнем эмоциональной устойчивости, фрустрированностью и высоким уровнем тревожности. Женщины, пережившие витальный стресс вследствие террористической угрозы, отличаются достоверно более высокой агрессивностью и враждебностью к своему социальному окружению во всех поведенческих реакциях и характеризуются более высоким уровнем тревоги, сниженным фоном настроения, повышенным нервно-эмоциональным напряжением, импульсивностью, несдержанностью, сниженной самооценкой и неуверенностью в себе, а также трудностями в межличностном общении с окружающими, обидчивостью и подозрительностью. Для них также характерно развитие невротических расстройств, выражающихся в аффективной лабильности, астенических, депрессивных и соматовегетативных проявлениях. Полученные результаты позволяют судить о влиянии пережитого витального стресса на формирование психических расстройств, развившихся в отдаленном периоде, которые являются одним из предикторов, обусловливающих развитие нарушений репродуктивных функций.
Relevance. Currently, prevention and rehabilitation measures for injured in emergency situations, including terrorist acts, are especially important. The high level of terrorist threat refers to the stressors associated with vital threat and is characterized by a wide range of neuro-emotional, physiological, and clinical changes that persist over many years and decades. Intention. To define correlations between personality characteristics and the development of fertility disorders in women inhabitants of the Republic of Dagestan exposed to the terrorist threat during the occupation by militants in September 1999. Methods. 125 women of childbearing age from different regions of the Republic of Dagestan were surveyed in the antenatal clinics, 66 of them experienced traumas due to the terrorist threat during the occupation by militants in September 1999. Results and discussion. Psychological characteristics typical for women survived psychological trauma due to the high risk of a terrorist threat were identified. Low emotional stability, frustration and high anxiety were the most important personality characteristics of these women. Women survivors of vital stress due to terrorist threat are significantly more aggressive and hostile to people nearby; this manifests in all the behavioral responses and is associated with higher anxiety, low mood, increased neuro-emotional stress, impulsiveness, expansiveness, reduced self-esteem and lack of self-confidence as well as difficulties in interpersonal communication, resentment and suspiciousness. Neurotic disorders such as affective lability, asthenic, depressive, somatic and vegetative manifestations are also typical. Conclusion. The obtained results demonstrate effects of the vital stress on the formation of long-term mental disorders contributing to reproductive dysfunction.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.